ghost3

Как британские СМИ XIX-го века «травили» железные дороги

СТУДИЯ КОПИРАЙТИНГА

Я всегда поражался умению газетчиков раздувать Титаников из блох Левши. Я правда думал, что это искусство практиковали только желтые газеты, однако, нет — вполне уважаемые издания 19-го века тоже черным пиаром баловались. Ниже история о том, как из-за нескольких сумасшедших под опалу попала вся ЖД отрасль Великобритании конца позапрошлого века.

Бюро-баннер-[1]п

Январь 1865 года, викторианская Англия. Мирная поездка на поезде «Канфорт-Ливерпуль» в одночасье обернулась настоящим безумием. Один из пассажиров ни с того ни с сего разразился диким хохотом и начал творить невообразимое: он достал револьвер и стал ломиться в окна соседних купе, сея ужас и панику среди остальных пассажиров. Было ясно одно — мужчина не в себе. Но вот поезд делает остановку в Ланкастере, и буйный пассажир вдруг успокаивается… Правда, ненадолго: как только поезд снова трогается с места, мужчину охватывает новый приступ безумия. С чем было связано такое поведение? Было логичным предположить, что во всем виновато движение поезда. Подобно тому, как резво качается и вихляет вагон, переменялось и состояние пассажира — от одной остановки до другой.

Пассажир, скачущий по вагону с револьвером, — отнюдь не самый странный пример «железнодорожного помешательства», о котором то и дело писали английские газеты Викторианской эпохи. Тогда считалось, что железная дорога вызывает у людей, в особенности у мужчин, тревогу и душевные расстройства.

В 1850-х и 1860-х гг. железная дорога становится все более популярной. На поезде можно было путешествовать быстро и продуктивно, ведь время пути сокращалось многократно по сравнению с другими средствами передвижения. Однако многие англичане боялись, что им придется расплатиться за такое удовольствие собственным психическим здоровьем. Эдвин Фуллер Тори и Джуди Миллер в книге «Невидимая чума» писали, что в Викторианскую эпоху утверждалось, якобы резкие движения поезда «повреждают разум» и либо сводят абсолютно здоровых людей с ума, либо приводят к вспышкам агрессии у тех, кто страдает лунатизмом.

Газеты 1860-х и 70-х гг. просто-таки пестрили сообщениями о ненормальном поведении пассажиров железных дорог. Ситуация, когда внешне вполне вменяемые люди в пути вдруг начинали вести себя неприемлемо, стала повсеместной. Известен случай с одним шотландским аристократом, который во время движения поезда стал срывать с себя одежду, высовываться в окно, кричать и нести всякий бред. Как только аристократ покинул поезд, к нему вернулось самообладание.

Говоря о влиянии поездов на психику некоторых людей, Эми-Милн Смит, замечает, что все «железнодорожные безумцы», вероятно, страдали умственными расстройствами. В медицинских журналах Викторианской эпохи много писали о том, как распознать в человеке скрытого «железнодорожного безумца».

К сожалению, «железнодорожное помешательство» проявлялось не только в эксцентричных выходках и потребности пощеголять голышом перед остальными пассажирами. Нередко сообщалось о жестоких вооруженных нападениях со смертельным исходом. Считалось, что и сами поезда таят в себе много опасностей. К примеру, тот факт, что купе можно было закрыть по личному усмотрению, грозил риском остаться запертым в маленькой комнатушке наедине с каким-нибудь лунатиком. К тому же, связь в поезде не была налажена должным образом, а это означало, что в случае нападения позвать на помощь не удастся.

Ажиотаж вокруг «железнодорожного помешательства» разгорелся во многом благодаря работе тогдашних СМИ. Так, статья с говорящим названием «Безумец в вагоне поезда» занимательно повествует о том, как один внушительного вида моряк вдруг пришел в ярость, начал носиться по вагону, пытаться выбраться из окна, а затем стал кричать, извергать ругательства и драться с остальными пассажирами. Потребовались нечеловеческие усилия четырех мужчин, чтобы схватить этого горе-пассажира, кое-как обуздать его и привязать к сидению.

Проблема «железнодорожного помешательства» усугублялась тем, что именно поезда были излюбленным средством передвижения беглых пациентов психиатрических учреждений. В 1845 году журнал «Панч» опубликовал карикатуру, на которой была изображена железная дорога, ведущая прямиком в психлечебницу. Железная дорога давала отличную возможность душевнобольным со всей Великобритании скрываться от персонала психлечебниц, им достаточно было запрыгнуть в другой поезд, и вперед – к свободе. Как итог — все время всплывающие истории о маньяках и террористах в поездах, что пугало одних и будоражило других.

После своего путешествия в поезде писательница, известная под псевдонимом Джордж Элиот, заявила, что заметив мужчину, который выглядел диким и жестоким, она вспомнила «все эти ужасные истории о безумцах в поездах». Правда, Элиот ждала нападения, скорее, в предвкушении, нежели в страхе, и была явно разочарована, когда потенциальный безумец оказался обычным священником.

Другая же часть английской элиты не отличалась особой храбростью, они боялись потенциальной угрозы оказаться в одном купе с маньяком. Простого решения для этой проблемы не существовало, ведь само внутреннее устройство вагона предполагало физическую изоляцию, и это только усиливало страх перед пресловутыми безумцами.

Тем временем атаки в поездах стали обычным явлением, и британское «железнодорожное помешательство» получило международную огласку. Как признавался один американский путешественник, в английском поезде ты всегда рискуешь встретить сумасшедших, так что лучше иметь при себе заряженный револьвер.

Законодательство викторианской Англии предусматривало, что «невменяемые люди» должны содержаться в «отдельных кабинах». Если помешанного не удавалось успокоить, в качестве крайней меры его следовало изолировать. Однако эти правила зачастую игнорировались людьми, которые обычно полностью себя контролировали, а неустойчивость психики демонстрировали лишь в поездах.

Каждый раз, когда в поездах появлялись какие-то нововведения, призванные обеспечить более высокий уровень безопасности пассажиров, его отвергали как нечто, нарушающее личное пространство. Например, «окна Мюллера», позволяющие наблюдать за другими отсеками. Эти иллюминаторы должны были уменьшить ощущение изолированности в вагоне, но многие посчитали это неприемлемым, опасаясь подглядываний. Пытались также улучшить и связь в поездах, но проблемы с обеспечением помешали реализовать эту идею.

Шумность и непредсказуемость железной дороги – вот главные причины тревог по поводу возможного безумия. Среди медиков Викторианской эпохи также бытовало мнение, что вибрации железнодорожных вагонов оказывают разрушительный эффект на нервную систему человека. Предсказать же, какой именно человек может сойти с ума в поезде, было для них просто невозможным. По словам профессора Эми-Милн Смит, люди боялись не только нападения безумца, но и того, что они сами могли стать такими безумцами.

Как результат подобных убеждений, железная дорога стала ассоциироваться с сумасшествием. То, что сегодня можно было бы принять за посттравматическое стрессовое расстройство, тогда казалось формой расстройства нервной системы.

Однако, в конце концов, шумиха вокруг «железнодорожного помешательства» сошла на нет также внезапно и необъяснимо, как и возникла. Жители викторианской Англии, известные своей любовью к леденящим душу историям, быстро переключились на другие темы, хотя беспорядки в поездах все еще случались время от времени. Так, например, В 1894 году очередной безумец, будучи голышом, решил взять поезд штурмом, и даже смог оставить его без связи. Эта история очень запутана, но она ни в коем случае не пугающая – ведь захватчика удалось утихомирить острым концом зонта.

Бюро-баннер-[4]л

Оригинал: http://www.atlasobscura.com/

Перевод: Вероника Сабинская